Пользуясь близостью проживания, отправился в Петергофскую "Семейную библиотеку" (№2). И в небольшом зальчике, при небольшом, к сожалению, количестве присутствующих, прослушал прекрасные рассказы об Ингерманландии (Ингрии). Константин Ульяночкин ("Сакса") коротко и наглядно рассказал о веками жившей на месте моего города и его обширных окрестностей общности людей. Шведов, угро-финнов, славян. Прекрасно уживавшихся, составлявших почти один народ и без каких-либо проблем пребывавших под шведской короной.

Рассказал, что русские в Ингрии решали свои проблемы через шведскую власть. А Петр Алексеевич, обжив эти края и победив шведов, признавал право ингерманландцев-лютеран платить налоги.... в Швецию(!!!). И умер, бедолага, простудившись именно при спасении тонущего плавсредства, перевозившего собранную подать туда же. Охранявшие судно русские солдаты, благодаря замалчиванию истинных элементов истории, вошли в последнюю, как "спасенные царём" А потом начался рассказ чрезвычайно интересный. Ввиду малой общеизвестности описываемого. И страшный. Как всё об истории народов, не вписывавшихся в советский режим.

Вячеслав Петрович Вяйзенен. Немолодой бородатый дядечка. Очень красноречивый и обаятельный. Ингерманландский финн, родившийся в начале 30-х под Ленинградом.... Резкий запрет финского образования и языка в конце тридцатых. Массовые депортации финнов в отдаленные районы СССР. Гибель в Сибири и на Дальнем востоке. Остатки финских "совхозов" на Сахалине. Вывоз оставшихся на работы в Германию после оккупации в 41-м. "Спасение своих" финнами. Организованный перевоз из Германии в Финляндию. Нормальная жизнь на этнической родине до окончания войны. Подлость "красной полиции", аффилированной с советским режимом и ждавшей прихода коммунистического режима марионетки Куусинена. Принудительный вывоз в СССР. Виданные через щели в вагонах родные места под Ленинградом. Вывоз в глухие районы.

История ингерманландцев на примере конкретной семьи. Всё относительно хорошо кончается. "Как ни топчи траву, она все равно прорастет", - оптимистичный финн рассказывает, как уцелевшие выжили. Как-то устроили жизнь. Как живут сейчас. Общаются, стараясь больше говорить о хорошем сегодня, чем о страшном вчера. Страшно. Горько. Нечто близкое к геноциду. Вернее, к одной из его многих ветвей при Сталине. И близкое к умышленному забвению после режима "удачного менеджера".

еще по этой теме в блоге Юрия Лучинского, википедия о «Ингрии»
депортация в цифрах статистики на proingria.livejournal.com