Teddy в борьбе за права

Медвежонок в поддержку геев, лесбиянок, бисексуалов, трансгендеров.

 Клаус Мэйбел Ашенеллер — продюсер ежегодной премии «Teddy» в рамках Международного Берлинского кинофестиваля, ипрессарио всемирно известных немецких исполнителей Нины Хаген и Ингрид Кавен. Родился в Баварии в 1951 году, учился и занимался социальной работой в Берлине, затем в середине 70-х проявил себя в качестве музыканта, актера и танцора. С ним беседует журналист Андрей Галицкий.

афиша 24-го кинофестиваля «Teddy»

— Мэйбл, уже стало традицией за главным призом  «Берлинале» — «Золотым медведем» вручать маленького «медвежонка» фильмам, рассказывающим о жизни геев, лесбиянок, бисексуалов, трансгендеров. Расскажите, когда родилась эта идея?

— Сначала было место, просто клуб, где показывали квир-фильмы и собирался узкий круг, человек тридцать. В 1987 году появился приз — медвежонок, а потом я предложил вручать его в торжественной обстановке и вместо плюшевого мишки сделать статуэтку. Тем более она уже существовала в рисунках художника Ральфа Кёнига (автора сценария  фильма «Самый желанный мужчина»). Вновь изобретенный приз первым завоевал Педро Альмадовар фильмом «Закон желания». Он до сих пор считает эту победу важной для себя. Когда «Teddy Award» стартовал на «Берлинале», гей и лесби-фильмы не были широко признаны ни прессой, ни киноиндустрией, но теперь это награда общемирового уровня.

— Не выражала ли официальная Россия когда-нибудь претензий по поводу символа — все-таки медведь присутствует на логотипе нашей партии власти? И каковы ваши личные впечатления от России?

— Нет, Россия по поводу медвежонка претензий не выражала. А самое сильное и, к сожалению, удручающее впечатление получил в октябре прошлого года на кинофестивале «Бок о бок». Накануне начала фестиваля петербургские пожарные под предлогом нарушения противопожарной безопасности закрыли площадки, которые удалось найти организаторам после отказа кинотеатров. В конце концов, несколько фильмов были показаны в секретном месте для специально приглашённых зрителей. Стало понятно, что в России ситуация сильно контролируется властями и есть боязнь так называемой «пропаганды гомосексуализма».

С подобным отношением я знаком — в 80-х годах в Боварии было примерно то же самое: человека, который делал каминаут, то есть признание о том, что он гей, морально изолировали от общества. В преодолении гомофобии социум проходит определенные ступени. Например, в Киеве сейчас больше открытости, чем в Петербурге. Однако, когда там для ЛГБТ-фестиваля был выделен кинотеатр, куда пришло много молодых ЛГБТ-пар, то, выходя из кинотеатра, они расходились в разные стороны — для конспирации.

В Германии люди старшего возраста помнят те времена, когда открытое выражение однополой привязанности было немыслимо. Да и сейчас все не так просто: случаются проявления агрессии, бывают даже нападения на лиц нетрадиционной ориентации. В разных регионах обстановка разная, но  везде действуют законы Евросоюза, главный из которых — неприкосновенность личности. А общественные организации по защите прав геев и лесбиянок поддерживаются государством.

Вообще, гей-культура — составная часть культуры любого большого города. Честно говоря, я ожидал, что в Петербурге больше свободы, но события прошлого октября заставили в этом усомниться. Не смотря на то, что в фестивале «Бок о бок» должен был участвовать известный режиссер Митчелл, его все равно запретили. Теперь понятно, почему в российских мужчинах так силен страх открытия гомосексуальности…

— Значит, России далеко до толерантности?

— В мире все изменяется, развивается. Вспомним, что полвека назад еще не было мобильных телефонов, интернета, ксерокса, факса и даже электрической пишущей машинки. А сейчас люди могут получить информацию из многих источников, и они хотят жить с ощущением свободны. Права человека — это в том числе и права меньшинств. Но чиновники очень часто принимают людей за более глупых, чем они есть, за некую серую массу, которой легко «запудрить» мозги. Если перефразировать известное выражение Ленина о роли кино, то кино может быть «важнейшим из искусств» только в безграмотной стране.

Важно, чтобы в обществе шли дискуссии, обсуждение острых тем, необходимо развивать культуру общения. Тогда и понимание между людьми возникнет. А если все держать в себе, все замалчивать, то, в конечном итоге, это чревато социальными взрывами.

Борьба за власть, деньги часто портят людей. Человечеству понадобились столетия, чтобы отвоевать у властителей хоть какие-то права. Но в Иране, например, геев до сих пор вешают. Что касается Европы, то там в конце 60-х годов произошли левые революционные бунты, а потом их лидеры вошли в политику и стали принимать прогрессивные законы. Например, министр иностранных дел в бывшем немецком правительстве Йошка Фишер — настоящий революционер-«шестидесятник», который боролся за свободу на улицах. И хотя нынешний канцлер Германии Ангела Меркель — председатель консервативной партии, но закон работает, не зависимо от того, кто у власти.

— Скажите, кто финансирует фильмы квир-тематики и какова их прокатная судьба?

— Лишь небольшой процент квир-фильмов  получает финансирование — его сложнее получить, чем, скажем, для мейнстримовского направления. И с прокатом сложновато. В 70-80-х годах ни о каком прокате вообще не могло идти речи, поэтому и появился «Teddy Award». А сейчас есть продюсеры, интересующиеся квир-направлением, но все равно большинство фильмов не оказывается в прокате. Режиссеры таких фильмов часто вынуждены зарабатывать себе на жизнь другими профессиями, даже официантами в ресторанах. Собственно, свою миссию устроители фестиваля видят в помощи подобным мероприятиям в других европейских городах, где народ начинает «подниматься» — в Варшаве, Киеве, Риге — с финансовой стороны и с юридической. Сейчас в различных аудиториях ценится документальное кино, которое охватывает проблемы с разных точек зрения. Но определенного направления, которое бы превалировало, нет — вкусы-то у всех разные: кто-то хочет лирики, кто-то, может быть, жесткой эротики. Тем много. Люди и отношения между ними — к этому никогда не пропадет интерес. «Teddy Award» остается единственным форматом, в котором даются награды квир-кино. Инициатива поддерживается институтом Гете и рядом других организаций. При такой поддержке мы смогли провести фестиваль даже на Филиппинах, в мусульманской стране. И те квир-режиссеры, которых преследуют в своих странах, могут получить поддержку «Teddy».

— Какие задачи стоят перед современным квир-движением?

— В календаре культурных мероприятий гей-прайды, посвященные проблемам сексуальных меньшинств, уже давно заняли прочное место в 40 городах Германии. На них приходят посмотреть сотни тысяч человек. Это не только уличные шествия, но и «круглые столы», концерты, выставки, литературные чтения. Кроме многочисленных гей-лесби- и других общественных организаций в процессии участвуют партии, представленные в бундестаге — социал-демократы, «зеленые», либералы, несколько профсоюзов, а также телекомпании и радиостанции. Некоторые фирмы выступают не только как спонсоры - в параде участвуют их сотрудники, представители сексуальных меньшинств.

В Германии известные политики и деятели искусства появляются на официальных приемах в обществе своих партнеров, на крупных телеканалах регулярно идут гей-лесби-сериалы, но успокаиваться на достигнутом рано. В 2001 году вступил в силу закон об однополом партнерстве, но правовое признание все же не уравняло его с традиционной семьей. Эмансипации геев и лесбиянок сопутствует усиление гомофобии в немецком обществе.  Так, гомофобные предрассудки слишком глубоко укоренились в немецкой провинции. Или, к примеру, многих беспокоит жесткое законодательство в отношении трансгендеров. Согласно которому в течение 3 недель с момента рождения врачами должен быть определен четкий пол, если у младенцев есть признаки обеих полов. При этом, по статистике, 20-30% прооперированных психически не соответствуют тому полу, который выбирают для них врачи. Гомосексуальность уже официально признана не болезнью, но есть социальные группы, которые до сих пор считают ее таковой. Церковь, например. Хотя в самой церкви порой педофилия цветет пышным цветом.

Вызывает много вопросов система образования. Она у нас не централизована, в каждом регионе могут быть нюансы: где-то преподают сексологию, где-то нет. Как показывают исследования, более половины юных геев и лесбиянок вынуждены регулярно выносить издевательства со стороны своих сверстников, а слово «голубой» — самое распространенное ругательство на школьных дворах. Чтобы решать эти вопросы, сексуальные меньшинства должны быть представлены во всех сферах общественной жизни.

{youtube}v6PZvDPgcfQ{/youtube}

P.S. Несмотря на препоны, идея проведения фестиваля квир фильмов в Северной столице получила развитие. 26 июня 2009 года в рамках петербургского форума «Фестиваль Фестивалей» кинофестиваль «Бок о бок» организовал дискуссию на тему камин-аута, которая состоялась с Малом зале Дома кино. В ней участвовали:

• Ольга Липовская, феминистка, специалист в гендерных проблемах
• Алексей Горин, член правления ЛГБТ-организации «Выход»
• Елена Болотникова, волонтер ЛГБТ-кинофестиваля «Бок о бок»
• Игорь Петров, Российская ЛГБТ-Сеть
• Кира Матаева, координатор арт-проектов в ЛГБТ-организации Выход
• Анастасия Худолеева, координатор по работе в волонтерами в ЛГБТ-организации «Выход»

международный ЛГБТ-кинофестиваль «Бок о Бок»